Сельская жизнь. Официальный сайт
Новости Сельской Жизни
Оставьте ваш e-mail, чтобы получать актуальную информацию от редакции газеты Сельская Жизнь.
Декларации и действия
Председатель Комитета ГД по аграрным вопросам, академик РАН В.И. Кашин – об отчете Счетной палаты РФ в 2019 году.
Председатель Комитета ГД по аграрным вопросам, академик РАН В.И. Кашин – об отчете Счетной палаты РФ в 2019 году

Анализируя отчет Счетной палаты РФ о результатах работы в 2019 году мы положительно отмечаем должное внимание, уделенное вопросам Устойчивого развития, целям, принятым ООН в качестве основополагающих для эффективного и сбалансирования развития государств. Мы позитивно оцениваем и принятую Конгрессом международных организаций высших органов аудита Московскую декларацию, расставившую безусловно верные приоритеты. Но декларации – это одно, а конкретные действия – уже другое. И по целому ряду ключевых направлений именно действий в работе Счетной палаты мы, к сожалению, до сих пор видим недостаточно.

Если говорить предметно, то закрепленные ООН цели Устойчивого развития сегодня – это ликвидация нищеты, ликвидация голода, хорошее здоровье и благополучие, качественное образование, чистая вода и санитария.

С предложенной приоритезацией задач, ставящей борьбу с нищетой на первое место, сложно не согласиться. Нищета и бедность – бич нашего общества, применительно к которому даже общераспространенная метафора про "золотой миллиард" не отражает всей глубины социального расслоения в обществе.

При том, что за чертой бедности или у этой черты к концу 2019 года находилось уже больше 40% наших граждан, итоги текущего года покажут нам еще более удручающую картину. Одновременно с этим, в кризисный период состояние богатейших людей России продолжило рост. Причем богатеют не только олигархи, присваивающие себе природную ренту, но также чиновники, участвующие в управлении госкомпаниями. И даже если не брать в расчет нефтегазовых гигантов России, таких, как Роснефть или Газпром, то мы все равно увидим средние доходы членов правления Аэрофлота (4,5 млн. рублей в месяц), РЖД (8,3 млн. рублей в месяц) или того же Сбербанка (25 млн. рублей в месяц). Но этому факту, почему то, Счетной палатой не уделяется никакого внимания.

Хотелось бы, конечно, видеть по этому вопросу жесткую позицию аудиторов, как в интересах формирования доходов федерального бюджета, так и в целях недопущения расходов в угоду узкой группы интересантов.

Взять, к примеру, тему эффективного использования лесных ресурсов.

До 1991 года лесная отрасль по рентабельности была на третьем месте среди отраслей народного хозяйства и эффективно пополняла госбюджет. Сегодня же эта отрасль не приносит ни копейки, но углубления в эту тему с целью изменения ситуации со стороны Счетной палаты не было и нет.

Не видим мы и критических оценок спорных государственных решений. Так, к примеру, обсуждение "лесной амнистии", замаскировавшей под видом наведения порядка в учете лесов вывод нескольких миллионов гектар земель лесного фонда из государственной собственности, прошло без активного участия Счетной палаты. А критические оценки должны быть, поскольку наши леса являются не просто экономическим ресурсом, но в мировом масштабе ресурсом социальным и экологическим – "легкими планеты".

Счетной палате пора прервать молчание по этим стратегически важным вопросам, тем более что за примерами эффективного государственного подхода к управлению лесами далеко ходить не надо – у нас есть опыт Иркутской области при губернаторе Левченко, когда регион стал лидером по неналоговым лесным доходам консолидированного бюджета.

С земельными ресурсами – аналогичная ситуация. И если я по своему опыту могу сказать, что раньше Счетная палата уделяла этим вопросам большее внимание, то участившиеся в последние годы рейдерские захваты даже наиболее ценных государственных земель проходят при безучастном молчании аудиторов.

Недостаточным вниманием Палаты охвачены также острые социальные вопросы, и в первую очередь в области экологии и охраны окружающей среды (пресловутая мусорная реформа), в области строительства (огромное количество недостроя), и т.д. Мы ждем принципиального изменения подходов к работе на этих важнейших направлениях.

Если посмотреть на ситуацию с контролем за исполнением национальных проектов, то эффективность реализации и этих полномочий может быть выше. Так, аудиторы Счетной палаты проанализировали исполнение всего восьми из 13 нацпроектов на 1 ноября 2019 года. При этом отчеты за десять месяцев по пяти нацпроектам – "Демография", "Здравоохранение", "Жилье и городская среда", "Международная кооперация и экспорт" и "Цифровая экономика" – Счетная палата не представила. Промежуточные итоги по этим нацпроектам были подготовлены в апреле, и на текущий момент предоставленная в них информация устарела.

Анализ эффективности реализации документов стратегического планирования по многим направлениям является поверхностным. Оценка вклада Нацпроекта "Производительность труда и поддержка занятости" в достижение национальной цели по ускорению темпов роста ВВП выше среднемировых, свелась к выводу аудиторов о том, что 12% – это недостаточно. Однако, где и в чем недорабатывают ведомства Счетная палата не говорит.

Аналогично – по Нацпроекту "Цифровая экономика". При том, что и Правительство и Президент не первый год говорят о стратегической важности проведения цифровой модернизации в экономике, Счетной палатой всего-навсего констатируется низкий уровень исполнения соответствующих расходов федерального бюджета.

И таких примеров достаточно много.

При всей эффективности работы Счетной палаты на одних направлениях, с простой констатацией фактов и упущениями из виду на других направлениях пора заканчивать. Мы считаем, что аудиторы должны занимать более принципиальную позицию и доводить дело до конца, не снимать вопросы с контроля до момента исправления выявленного неблагоприятного факта. В этом мы с вами можем и должны наладить более эффективное взаимодействие.

То, какие резервы и потенциал в дальнейшей совместной работе у нас существуют, и которые мы считаем необходимым реализовать, я хотелось бы обозначить на примере одной конкретной отрасли.

Как минимум 11 из 17 закрепленных ООН целей Устойчивого развития в нашей стране не смогут быть достигнуты без должного внимания к сельским территориям и сельскому хозяйству, ведь это – боле 90% площади страны и порядка 25% населения. И если экономическую составляющую, сельхозпроизводство, нам удалось стабилизировать (а на некоторых направлениях даже добиться позитивной динамики), то связанная с ней социальная составляющая находится в глубоком кризисе.

До 1990 года доходы в сельском хозяйстве всегда были выше, чем в промышленности. В последующие же годы ситуация резко изменилась и к текущем году разрыв между заработной платой в сельском хозяйстве и средней зарплатой по экономике достиг уже 36%. Пенсии у проживающих на сельских территориях сегодня на 17% меньше, чем у проживающих в городе. Отсюда и стабильно возрастающая доля малоимущего сельского населения – почти 20%. У бедности в России – крестьянское лицо, и 2020 год это лишь укоренит.

Здравоохранение на сельских территориях сегодня характеризуется тем, что до ближайшей больницы людям приходится ехать в среднем 85 км, а до первичной медицинской организации (ФАПа) –15 км! А все потому, что количество больничных учреждений сократилось в 5 раз. Только ФАПов стало на 13 тыс. меньше. Сложившая ситуация определила низкую продолжительность жизни селян – в среднем меньше 70 лет, в то время как у горожан этот показатель перевалил за 72 года.

Состояние сферы образования на сельских территориях определяется тем, что с 1990 года количество школ сократилось в 2 раза, а детских садов – в 3 раза. В половине субъектов РФ дошкольным образованием охвачено менее 50% детей в возрасте до 7 лет. Дефицит педагогических работников с 2010 года удвоился.

В части ЖКХ. На заседании правительственной комиссии по АПК в мае прошлого года Алтайский губернатор докладывал о том, что в его регионе всего 18% деревень газифицировано. Смоленский губернатор – о том, что лишь 18% сел области подключено к водопроводу. При этом в целом по России, при наших запасах природного газа, не газифицированными остаются более 91 тыс. сельских населенных пунктов. Более 63% сел не оборудовано водопроводом, 55% не оборудовано канализацией, менее 67% имеют горячее водоснабжение.

В совокупности названные факторы привели к резко отрицательной динамике естественного и миграционного прироста сельского населения. Причем в последние годы мы попали просто в пике, поскольку с 2015 года впервые в истории нашей страны коэффициент рождаемости на селе стал ниже, чем в городе! В результате, даже с учетом вхождения Крыма в состав РФ, сельское население к 2020 году сократилось почти на 3 млн. человек.

У нас не оставалось сомнений в том, что существовавшая тогда федеральная целевая программа устойчивого развития сельских территорий не способна решить стоявшие перед ней задачи, и мы вышли с инициативой разработки нового документа стратегического планирования на этом направлении, уже в статусе Госпрограммы.

Нам потребовалось 3 года упорной работы для того, чтобы убедить сначала Минсельхоз, а затем и все Правительство во главе с Д.А. Медведевым в необходимости принятия такого решения. И 31 мая 2019 года Госпрограмма комплексного развития сельских территорий была утверждена, причем в одной из наиболее перспективных редакций, с финансированием на уровне 2,3 трлн. рублей до 2025 года.

Но не прошло и полугода, как ее финансирование было урезано. Вместо 432,9 млрд. рублей на 2020–2022 годы в бюджете закрепили всего 105,1 млрд. рублей. Сократили более чем в 4 раза! Затем Правительство откорректировало и паспорт госпрограммы, подтянув его к принятому бюджету.

Что мы получаем в итоге?

На выполнении важнейших мероприятий в области социально-экономического развития сельских территорий фактически ставится крест. Борьба с сельской безработицей и бедностью останется лишь на бумаге, инициативы сельских жителей по развитию своих населенных пунктов заведомо будут неосуществимы. Строительство и обновление отдельных объектов социальной, транспортной, инженерной инфраструктуры останется на прежнем уровне, когда на территории субъектов РФ строили всего по одному ФАПу в год, когда темпы обновления жилищного фонда сулили решить проблему ветхого жилья на селе лишь через 200 лет.

Подтверждение тому – исчерпание бюджетных средств, выделенных на льготную сельскую ипотеку, уже в июне текущего года. Заявок поступило больше чем на 100 млрд. рублей, а бюджетом было обеспечено всего 7 млрд. На одном из недавних заседаний Комитета по аграрным вопросам мы обсуждали этот вопрос и отмечали, что решения о сокращении финансирования принимались вразрез даже здравого смысла – городской ипотечный рынок в стране просел, а столь перспективный рынок сельской ипотеки рубится на корню.

Госпрограмма комплексного развития сельских территорий призвана решить еще одну большую проблему – сегодня у нас нет актуальной статистики в области социально-экономического развития сельских территорий. Важнейшие сведения, которые должны приниматься во внимание при принятии государственных решений, публикуются спустя 2 года! Последний доклад о состоянии сельских территорий в РФ был опубликован Минсельхозом в 2019 году и отражал данные 2017 года. Что касается статистических данных Росстата по сельским территориям, то они разрознены, неполны, а по отдельным показателям, порой, просто недоступны. С текущими объемами финансирования в изменение ситуации верится слабо.

Учитывая сказанное, о каком устойчивом развитии страны может идти речь, если документ стратегического планирования в области социально-экономического развития наиболее депрессивных территорий РФ был намеренно выхолощен?

Мы убеждены, что финансирование госпрограммы комплексного развития сельских территорий должно быть восстановлено в полном объеме уже при корректировках федерального бюджета на текущий год. Эту задачу мы закрепили в нескольких Постановлениях ГД, в решениях Госсовета РФ и поручениях Президента РФ. И мы видим в лице Счетной палаты РФ, на этом направлении союзника и партнера. Голос Счетной палаты по этому вопросу должен прозвучать громко.

Вторая программа – это формирующая экономический базис Госпрограмма развития сельского хозяйства.

С момента принятия программы в нее было внесено уже 14 изменений, многими из которых затронуты существенные ее положения, в том числе структура, целевые индикаторы, а главное, параметры ресурсного обеспечения. При этом наиболее прогрессивная редакция госпрограммы была утверждена Постановлением Правительства РФ от 19 декабря 2014 года № 1421, определившим объемы ее ресурсного обеспечения на уровне 2,1 трлн. рублей в 2013–2020 годах.

Вместе с тем, текущее ресурсное обеспечение определяет ее фактическое недофинансирование на уровне 266,8 млрд. рублей (без учета инфляции).

Необходимо сделать шаг к выходу на прогрессивное ресурсное обеспечение государственной программы и поставить задачу к 2025 году, скомпенсировав накопленный перед отраслью долг, выйти на уровень 500 млрд. рублей ежегодного финансирования. Это в свою очередь позволит сформировать ежегодный бюджет госпрограммы, складывающийся из федерального, региональных и внебюджетных источников, на уровне 1 трлн. рублей.

Принимая во внимание, что в 2019 году был выявлен самый низкий за последние 11 лет уровень исполнения расходов федерального бюджета (объем неиспользованных средств составил 1,12 трлн. рублей), укрепление ресурсного обеспечения госпрограмм, реализуемых МСХ РФ и характеризующихся стабильно высоким уровнем исполнения расходов, видится наиболее целесообразным.

Сегодня АПК является тем плацдармом, через который можно уверенно вытащить экономику страны из сложившейся ситуации. И в основе этого драйвера лежит система стратегического планирования – каркас продовольственной безопасности России, эффективно дополнить который должна третья госпрограмма – программа вовлечения в сельхозоборот заброшенных земель и охраны плодородия почв.

На сегодняшний день она находится на стадии проекта и должна быть утверждена в самое ближайшее время. Об этом мы говорили на всероссийских Парламентских слушаниях, на заседании Госсовета РФ в декабре 2019 года, и в этом нас поддержал Президент России, подписав соответствующие поручения Правительству РФ.

Утверждение этой госрограммы создаст мощнейший фундамент для осуществления прорыва в экономике, ведь речь идет о вовлечении в сельхозоборот порядка 40 млн. га заброшенной пашни. По сути, это "новая целина".

Здесь следует напомнить о том, какой эффект был получен к концу 50-х годов ХХ века после введения в сельхозоборот сопоставимой площади залежных земель. Валовый сбор зерна был почти удвоен, как удвоена была и энерговооруженность сельского хозяйства. Мощный импульс в развитии через продукцию для АПК (удобрения, сельхозтехника, и т.д.) получило машиностроение, химическая промышленность, металлургия, транспорт, и др. В работах были заняты десятки миллионов человек.

Не меньший эффект может быть получен и сегодня. По экспертным оценкам – это 100 млн. тонн дополнительного урожая в зерновом эквиваленте, это гарантированный спрос на 3 тыс. тракторов и 2 тыс. комбайнов на каждый введенный в оборот 1 млн. гектар заброшенных земель, это новые рабочие места для столь нуждающихся в этом сельских территорий, а также толчок в развитии большинства отраслей промышленности, товаропроводящей инфраструктуры, и т.д. Более того, именно этим, столь амбициозным и необходимым проектом, сегодня определяется достижение поставленной Президентом РФ цели по наращиванию импорта продукции АПК до 45 млрд. долларов США к 2024 году.

В этой связи мы считаем, что Счетная палата должна всецело подключиться к работе над проектом этой важнейшей государственной программы с тем, чтобы закрепляемая в ней система мероприятий, целевых показателей и индикаторов, а самое главное, финансового обеспечения, способствовала наиболее эффективной ее реализации.

В части планирования работы Счетной палаты на 2021 год нам, безусловно, важно держать на особом контроле реализацию Госпрограммы комплексного развития сельских территорий. Это продиктовано необходимостью укрепления основы развития всего агропрома, а главное – восстановления пространственных связей, скрепляющих через деревни и села, хутора и аулы великие просторы нашей Родины.

И в заключение.

Фракция КПРФ была инициатором принятия федерального закона о стратегическом планировании, причем планирования научного, включающего в себя три равнозначные составляющие: прогноз, план и исполнение. Именно от такой модели планирования наша страна отказалась 30 лет назад, что в последствии привело к стихийной ликвидации реального сектора экономики, на котором зиждилось величие Советской Державы. Но нашу инициативу сильно урезали. Сделав упор на прогнозировании, оставили вторичным планирование и исполнение. Нам предстоит довести дело до конца и завершить переход к полноценному стратегическому управлению развитием российской экономики. В этом, я убежден, мы являемся единомышленниками и союзниками.
13 июля 2020
Поделитесь новостью в ваших социальных сетях