Сельская жизнь. Официальный сайт
Новости Сельской Жизни
Оставьте ваш e-mail, чтобы получать актуальную информацию от редакции газеты Сельская Жизнь.
Крестьянский вклад
в Великую Победу
В следующем году мы будем праздновать 75-ю годовщину Победы в Великой Отечественной войне. В преддверии очередного скорбного дня начала войны, 22 июня, редакция начинает публикацию материалов о героическом вкладе сельских тружеников в достижение победы. В ходе войны сельским хозяйством страны руководили два выдающихся руководителя. Публикуем большое интервью с первым из них, Иваном Александровичем Бенедиктовым, который руководил народным комиссариатом земледелия с 1938 по 1943 год. Интервью записал профессор-историк Георгий Куманев в марте 1980 года.
В следующем году мы будем праздновать 75-ю годовщину Победы в Великой Отечественной войне. В преддверии очередного скорбного дня начала войны, 22 июня, редакция начинает публикацию материалов о героическом вкладе сельских тружеников в достижение победы. В ходе войны сельским хозяйством страны руководили два выдающихся руководителя. Публикуем большое интервью с первым из них, Иваном Александровичем Бенедиктовым, который руководил народным комиссариатом земледелия с 1938 по 1943 год. Интервью записал профессор-историк Георгий Куманев в марте 1980 года.
Иван Александрович Бенедиктов (23.03.1902 – 28.07.1983) вошел в число государственных деятелей страны совсем молодым: в августе 1937 года в 35-летнем возрасте он назначается наркомом зерновых и животноводческих совхозов РСФСР, в марте 1938 года одновременно становится заместителем председателя Совнаркома РСФСР, а с ноября того же года утверждается наркомом земледелия СССР. С 1939 года стал членом ЦК ВКП(б).

Хорошо известно, что это были годы не только больших социально-экономических свершений, но и грубых нарушений законности, годы пика репрессий, шпиономании, выкорчевывания бдительными органами "нестойких" элементов, мнимых "врагов народа", словом – время "обновления" кадров. Поэтому быстрому выдвижению И.А. Бенедиктову во многом способствовала сложная и противоречивая обстановка тех лет. Причем повышения его по службе чередовались с некоторыми понижениями. Так, в феврале 1941 г. на XVIII Всесоюзной конференции ВКП(б) нарком Бенедиктов был переведен в разряд кандидатов в члены ЦК партии за якобы снижение уровня организационной работы.

В первые годы Великой Отечественной войны вместе со всем крестьянством Иван Александрович нес на себе непосильно тяжелый груз, который пришелся на долю колхозов, МТС и совхозов. В 1941–1942 гг. под его непосредственным руководством была осуществлена эвакуация из угрожаемых районов ресурсов сельского хозяйства – парка тракторов, сельхозтехники, скота, запасов сырья и продовольствия. Как опытный, высококвалифицированный специалист земледелия (еще в 1927 г. он успешно закончил Московскую сельскохозяйственную академию им. К.А. Тимирязева), И.А. Бенедиктов прилагал все свои силы, чтобы сельскохозяйственное производство СССР непрерывно снабжало население, Красную Армию и промышленность продовольствием и сырьем. С другой стороны, нарком считал своим долгом постоянно принимать необходимые меры, в том числе вносить в Государственный Комитет Обороны и правительство предложения по смягчению громадных военных тягот и лишений, которое испытывали на себе труженики села.

Тем не менее И.В. Сталин посчитал, что работа И.В. Бенедиктова недостаточно успешна. 11 декабря 1943 г. постановлением СНК СССР он был утвержден первым заместителем наркома, а народным комиссаром земледелия СССР правительство назначило секретаря ЦК ВКП(б) А.А. Андреева.

Однако 19 марта 1946 г. И.А. Бенедиктов вновь возглавил теперь уже Министерство земледелия СССР, которое спустя год, в начале февраля 1947 г., в результате укрупнений стало Министерством сельского хозяйства СССР. На XIX съезде партии он снова избирается членом ЦК, пробыв им уже до выхода на пенсию в 1971 г.

Вскоре после смерти Сталина в судьбе Ивана Александровича происходят новые перемены: он неожиданно направляется Чрезвычайным и Полномочным послом СССР в Индию. Но 1 сентября 1953 г. его вновь возвращают в правительство и назначают министром сельского хозяйства и заготовок СССР. Затем, после очередных реорганизаций, был последовательно министром сельского хозяйства СССР, министром совхозов СССР, заместителем председателя Государственной экономической комиссии Совета Министров СССР, заместителем председателя Совета Министров РСФСР и, наконец, в 1959 г. вновь был отправлен послом в Индию, а в 1967 г. в Югославию.

В 1970 г. И.А. Бенедиктов вернулся в Москву, где около двух лет являлся послом по чрезвычайным поручениям...

Мы познакомились в начале 1975 г. на одном мероприятии, посвященном участию народов Югославии в борьбе против немецко-фашистских захватчиков во Второй мировой войне. Проводилось оно в Союзе Обществ дружбы на проспекте Калинина.

Иван Александрович дал тогда согласие встретиться с нашими сотрудниками и ответить на их вопросы. Эта встреча состоялась 15 февраля 1975 г. у него на квартире, где мы провели около двух очень интересных часов.

В последующие годы творческие контакты с И.А. Бенедиктовым поддерживались постоянно. 6 марта 1980 г. мне довелось снова побывать у него в гостях и записать на пленку нашу довольно продолжительную беседу.

Интервью наркома земледелия СССР военных лет И.А. Бенедиктова профессору
Г.А. Куманеву (из магнитофонной записи) 6 марта 1980 г. г. Москва:

Г.А. Куманев: Дорогой Иван Александрович! После того памятного заседания сотрудников сектора истории СССР, периода Великой Отечественной войны, состоявшегося здесь, в Вашей квартире по улице Горького, прошло уже немногим более пяти лет. И, признаюсь, я очень рад нашей новой встрече и весьма признателен Вам за согласие дать мне в канун 35-летия Победы над фашизмом в Великой Отечественной войне небольшое интервью. Разумеется, все или почти все интересующее меня сегодня вопросы связаны с историей сельского хозяйства и советского крестьянства в тяжелые и героические военные годы...

И.А. Бенедиктов: Я тоже с большим удовольствием снова приветствую Вас, дорогой Георгий Александрович. Надеюсь, что наша сегодняшняя беседа за чашкой кофе или чая пройдет не без пользы для нас обоих, и прошу последовательно ознакомить меня со всеми Вашими вопросами... Ну что, приступим к делу?

Г.А. Куманев: Мой первый вопрос, Иван Александрович: какова Ваша оценка состояния советского земледелия накануне Великой Отечественной войны? Какие мероприятия способствовали укреплению сельского хозяйства СССР и в известной степени подготовили его к суровым испытаниям военного времени?

И.А. Бенедиктов: Переход к крупному социалистическому земледелию, оснащенному более усовершенствованной новой техникой, создал необходимые условия для значительного роста сельского хозяйства СССР, повышения его продуктивности. В сельских районах появились многочисленные кадры работников квалифицированного труда: трактористы, комбайнеры, машинисты и др., которых не знала единоличная деревня. (Чтобы не быть голословным, здесь и далее я воспользуюсь некоторыми моими записями и рабочими справочниками и по мере необходимости буду подкреплять отдельные положения и выводы конкретными цифровыми данными.)

Статистика свидетельствует о том, что к 1940 г. на селе уже имелось свыше 300 тыс. агрономов, зоотехников, землемеров, ветеринарных врачей и фельдшеров, более 800 тыс. бригадиров тракторных, полеводческих, животноводческих бригад, около 1 млн. трактористов и комбайнеров, свыше 600 тыс. заведующих животноводческими фермами. Ничего подобного даже в отдаленном виде не было и не могло быть в условиях единоличного хозяйства.

Изменилась к лучшему и сама жизнь в деревне после освобождения от кулацкой кабалы. Многие населенные пункты были электрифицированы. Стало расти материальное благосостояние крестьянства, его культурный уровень. На селе появились сотни тысяч организаторов и передовиков производства.

А вот еще ряд убедительных данных о позитивных переменах в сельхозпроизводстве. К 1940 г. посевные площади в Советском Союзе увеличились по сравнению с дореволюционным временем более чем на 30 млн. га. Изменилась и структура посевных площадей: по отношению к 1913 г. удельный вес технических культур к 1940 г. вырос с 4,3% до 8%, картофеля и овощебахчевых культур с 3,6% до 6,9%. Земледелие становилось более квалифицированным.

Важно отметить, что в восточных районах страны за годы довоенных пятилеток была создана довольно мощная по тому времени сельскохозяйственная база, где существенно расширились посевные площади. Причем в районах поливного земледелия размеры орошаемой площади увеличились с 4 млн. га в 1913 г. до 7 млн. га в 1940 г. вокруг промышленных центров и крупных городов сравнительно быстро была организована база по производству картофеля, овощей, продуктов животноводства.

Что касается технического перевооружения земледелия, то об этом можно судить хотя бы по тому, что в 1940 г. тракторами МТС было произведено 75% всех работ по весенней вспашке полей в колхозах, 80% – по подъему паров и 72% работ по взмету зяби. При этом энерговооруженность труда в колхозах, МТС и совхозах в 1940 г. была выше по сравнению с крестьянскими хозяйствами 1913–1917 гг. в расчете на одного работника в 3 раза, в расчете на 100 га посевной площади в 1,6 раза. Если же иметь в виду электрификацию сельских районов, то потребление электроэнергии деревней в 1940 г. по отношению к 1932 г. возросло более чем в 6 раз.

Правда, в годы третьей пятилетки в связи с осуществлением мер по повышению обороноспособности страны, потребовавших изыскания дополнительных ассигнований, темпы технического перевооружения сельхозпроизводства замедлились. В результате почти в 2 раза, например, сократилось среднегодовое производство тракторов по сравнению со второй пятилеткой. В 1940 г. по сравнению с 1937 г. заметно уменьшился выпуск сельхозмашин, зерновых комбайнов, тракторных плугов, сеялок и культиваторов.

Тем не менее общее техническое оснащение отечественного земледелия превышало уровень второй пятилетки.

Перед Великой Отечественной войной в Советском Союзе в области сельского хозяйства был осуществлен комплекс мероприятий, способствовавших дальнейшему упрочению организационного состояния нашего земледелия. Это позволило ему в военное время, в тяжелейших условиях, выстоять, не развалиться и обеспечить армию и всю страну продовольствием и сырьем.

Словом, в довоенные годы по интересующему Вас вопросу в СССР были проведены в жизнь очень важные планы и решения, последовавшие после объединения единоличных крестьянских хозяйств в колхозы и вслед за организацией и расширением машинно-тракторных станций (МТС).

Конструктивным и своевременным со стороны Советского правительства явились принятые до войны постановления по упорядочению колхозных финансов и пополнению неделимых фондов за счет недовнесенных средств. Наряду с этим были осуществлены другие действенные меры по упорядочению финансового хозяйства МТС и создания для них твердой финансовой основы: с февраля 1938 г. машинно-тракторные станции переводились на финансирование по государственному бюджету.

В следующем году наше государство взяло на себя выплату механизаторам МТС и работникам совхозов денежной части гарантийного минимума. В частности, им были повышены расценки в трудоднях за выполнение и перевыполнение норм, за сохранность машин, механизмов, экономию горючего и т. д. Комбайнерам, например, сверх оплаты за убранную площадь вводились премии-надбавки, если они перевыполняли нормы намолота зерна. Я в то время как народный комиссар земледелия СССР, накануне введения этих изменений, получил около 600 телеграмм и телефонограмм, в которых сообщалось: задолженность по зарплате – три месяца, четыре месяца, пять месяцев, шесть месяцев... Теперь подобные недочеты были устранены.

Финансирование МТС и совхозов из союзного бюджета значительно их укрепило и, несомненно, способствовало улучшению сельскохозяйственного производства.

Наряду с техническим переоснащением в сельском хозяйстве в предвоенные годы проводились мероприятия по внедрению передовой агротехники, повышению культуры земледелия.

Развитие материально-технической базы сельского хозяйства СССР было, разумеется, неразрывно связано с его обеспечением соответствующими кадрами. Накануне Великой Отечественной войны в широких масштабах продолжалась подготовка механизаторских кадров. На 1 июля 1940 г. в МТС, колхозах и совхозах их насчитывалось более 1 млн. 400 тыс. человек.

Примерно за два или три года до войны Сталин обратил внимание на то, чтобы больше готовить специалистов сельского хозяйства из числа женщин, включая и кадры механизаторов. Движение за овладение женщинами трактором и комбайном, начатое на Украине по инициативе Паши Ангелиной, пополнило армию механизаторов более чем на 100 тыс. человек. В первой половине 1941 г. на курсах трактористов и комбайнеров их уже обучалось вдвое больше, чем в 1940 г.

Одновременно велась борьба за наведение порядка и укрепление дисциплины в сельхозпроизводстве. В 1940 г. Президиум Верховного Совета СССР принял довольно жесткие указы о запрещении самовольного ухода с работы рабочих и служащих, в том числе трактористов и комбайнеров, работников МТС и совхозов.

В предвоенные годы в Москве была организована Всесоюзная сельскохозяйственная выставка и на основе развернутых на ней показателей в стране более широкий размах приобрело социалистическое соревнование, что, конечно, положительно сказалось на развитии нашего сельского хозяйства. Для подкрепления этих слов приведу Вам еще такие данные: валовая сельхозпродукция (в среднем за год, в границах до 17 сентября 1939 г.) по итогам первой пятилетки на 26% превышала уровень 1909–1913 гг., в годы второй пятилетки – на 3,2%, а в 1938–1940 гг. – на 43%. В течение трех с половиной лет третьей пятилетки, т. е. в 1938–1941 (первая половина) гг. в стране ежегодно заготавливалось в 1,2 раза больше зерна, чем во вторую пятилетку, и в 1,8 раза больше, чем в годы первой пятилетки.

Все эти и другие мероприятия, достигнутые рубежи позволили кооперированному сельскому хозяйству СССР выжить, выстоять во время ужасно тяжелой войны, продемонстрировать силу и жизненность еще не окрепшего тогда колхозного строя.

Были ли у нас накануне войны недостатки, причем даже серьезные, в этой отрасли нашего народного хозяйства? К сожалению, без них не обошлось, и они сдерживали, тормозили рост сельхозпроизводства. В числе этих негативных факторов можно назвать следующие.

Прежде всего это незавершенность комплексной механизации в земледелии довоенных лет. Не последнюю роль здесь сыграло малое капиталовложение в сельское хозяйство в расчете на один гектар.

Это и недостаточная эффективность, применяемых в колхозах форм оплаты труда, которые учитывали лишь затраты труда, но не принимали во внимание его конечных результатов: урожайности сельхозкультур и продуктивности животноводства. Такие формы сохраняли элементы уравниловки в оплате труда и имели следствием недостаточную заинтересованность довольно значительной части колхозников в колхозном производстве. Видимо, не случайно к концу первого года третьей пятилетки насчитывалось 6,5% трудоспособных колхозников, не выработавших за весь год ни одного трудодня, и 16%, выработавших менее 50 трудодней. Подобные явления нередко приводили к искусственной нехватке рабочей силы в колхозах при фактическом ее избытке во многих районах.

Отмечу также среди негативных факторов сравнительно невысокий уровень поставок минеральных удобрений сельскому хозяйству, слабое развитие кормовой базы и очень низкие заготовительные цены на сельскохозяйственные продукты.

И, наконец, не была должным образом упорядочена система экономических отношений государства с колхозами.

Таким образом, можно констатировать, что, несмотря на большие достижения социалистического земледелия, в сравнении с мелкотоварно-крестьянской системой, его возможности и резервы в предвоенные годы в полной мере еще не раскрылись.

Г.А. Куманев: Что вы можете сказать о степени насыщения отечественного сельхозпроизводства кадрами специалистов высшей и средней квалификации накануне фашистской агрессии? Какова Ваша общая оценка руководящих кадров сельского хозяйства в управленческих звеньях в тот же период?

И.А. Бенедиктов: Я уже говорил о том, что в довоенные годы в стране развернулась широкая подготовка для сельского хозяйства механизаторских кадров массовых профессий. Наряду с ними был подготовлен большой отряд квалифицированных специалистов: агрономов, ветеринарных врачей, полеводов, зоотехников. Только в 1940–1941 учебном году высшие и средние сельхозучебные заведения выпустили около 32 тыс. специалистов, что заметно превысило их среднегодовой выпуск во второй пятилетке.

Однако во всех звеньях сельского хозяйства продолжала ощущаться довольно значительная нехватка специалистов с высшим и средним специальным образованием. Все это было в основном наследием прошлого, но в какой-то мере являлось следствием и того, что очень многие выпускники направлялись не на производство, а в органы управления и организации, которые обслуживали сельское хозяйство. Поэтому в 1940 г. Наркомат земледелия СССР произвел перераспределение этих специалистов, направив из органов управления на работу в деревню более 13 тыс. человек. Но такая численность пополнения рядов сельских квалифицированных специалистов была, конечно, "каплей в море", и острота их нехватки в колхозах и совхозах оставалась.

Что касается моей оценки руководящих кадров сельского хозяйства накануне войны, то их общий уровень, мягко говоря, оставлял желать лучшего. Многие из них были руководителями с малым багажом производственного опыта, знаний и, я бы сказал, с малой масштабностью.

Г.А. Куманев: Как Вы оцениваете общее состояние подготовки нашего народа к защите социалистического Отечества к началу 40-х гг. Что, в частности, предусматривалось прежде всего иметь в мобилизационном плане Наркомата земледелия СССР, чтобы эффективно использовать его в случае империалистической агрессии против Советского государства?

И.А. Бенедиктов: У меня сложилось такое мнение, что мы за два года до фашистской агрессии стали разрабатывать мобилизационные планы, составлять и готовить резервы. Мы знали, что война неизбежна, хотя, к сожалению, не знали дня начала войны, когда Гитлер осуществит нападение. И хотели, чтобы этот день подольше не наступил. Именно к этому была направлена вся внешняя политика партии и правительства.

Вообще к защите Родины, к достойному отражению вражеского нападения мы готовились интенсивно. Сказать, что никакой подготовки не велось, было бы абсолютно неправильно, если бы мы не готовились, не укрепляли всемерно обороноспособность страны, нас бы в пух и прах быстро разгромили зарубежные противники.

А мы ведь в течение короткого периода сумели намного увеличить производство стали, горючего и производство всех видов вооружения. Вы, может быть, помните, что в 1935 г. СССР выпускал всего 12,6 млн. тонн стали, а в 1940 г. – уже 18,3 млн. тонн. И это в условиях, когда в черной металлургии в это время происходила перестройка на увеличение удельного веса выпускаемого высококачественного металла, легированных сталей. Что касается оборонного производства, то темпы его роста значительно опережали темпы роста других отраслей нашей индустрии. Я вот приведу Вам такие данные. Если в 1938–1939 гг. ежегодный прирост промышленной продукции в стране составлял в среднем 13,9%, то в оборонном производстве в 1938 г. – 36,4%, а в 1939 г. он уже равнялся 46,5% по сравнению с предыдущим годом.


Темпы решали все

Темпы, как говорится, решали все. На нас постоянно нажимали Центральный Комитет, правительство: "Темпы, темпы, темпы!" И так во всех отраслях экономики. Причем, ведь зачастую без должных материальных средств, без должных ресурсов, при дефиците рабочих кадров и техники. День начала войны, повторяю, для нас не был известен. Хотя Сталину разведка докладывала: вот в такой-то день (даже потом сообщила точную дату – 22 июня) будет совершено нападение, он в это не верил. В этом заключался его очень серьезный промах. Видимо, желаемое (т.е. возможность во что бы то ни стало исключить войну в 1941 г.) он принимал за действительность, понимая, что к большой войне мы еще не были готовы. Сталин и все мы войны не хотели и главной задачей было: только не ссориться с немцами, выполнять все заказы, поставлять Германии хлеб по торговому соглашению точно и аккуратно. И не давать немцам никакого повода за что-то на нас рассердиться. Политика была внешне вроде бы правильная. Но вот времени нам не хватило, чтобы достойно подготовиться к обороне и встретить врага во всеоружии. Было у высшего руководства и немало других ошибок, упущений субъективного характера. Может быть, и темпы были недостаточные, хотя они представлялись очень напряженными.

Но я думаю, что в итогах нашего противостояния с силами империализма больше величия, чем недостатков. То, что удалось разгромить такого сильного врага, поднять на войну всю мощь экономики, эвакуировать сотни и тысячи предприятий, построить новые заводы в целом бесперебойно снабжать промышленность сырьем, армию хлебом и продовольствием – это чудо, это чудо! За это перед нашим народом, перед миллионами коммунистов надо шляпу снять. История все это еще больше оценит, чем оцениваем мы, современники. Это великое дело нашего великого народа – спасителя мировой цивилизации. И это не громкие слова.

В каком большом деле нет ошибок, бывают не безошибочные прогнозы? Вот до сих пор при определении прогноза погоды, несмотря на наличие спутников, сколько неточностей, ошибочных предсказаний относительно того, что будет завтра. В таком большом государственном деле, конечно, просчеты могут быть, и они, конечно, были. И я еще раз рекомендую историкам обратить больше внимание на величие нашего народа, на гениальность нашего народа, на дальновидность ленинской партии, в том числе на те выдающиеся свершения, какие она обеспечила в суровые военные годы.

Что касается мобилизационного плана Наркомата земледелия, составленного перед войной, то в нем, наряду с другими важными и первоочередными мерами, предусматривалось создание ряда стратегических резервов: продовольствия, материально-технических средств, запасных частей, сортовых семян, металлов, горючего, химикатов. В Наркомате земледелия этими вопросами в первую очередь занимался специально созданный мощный военный отдел, подчиненный непосредственно только наркому. К январю 1941 г. государственные резервы и мобилизационные запасы одного лишь зерна, муки и крупы составляли около 6 млн. 162 тыс. тонн.

Г.А. Куманев: Во многих наших исторических трудах говорится о том, что фашистская агрессия буквально всколыхнула всех советских людей, вызвала в их рядах большой патриотический подъем. Хотя часто встречающееся в работах данное утверждение, основанное на достоверных фактах и документах, стало своеобразным штампом, появились и некоторые скептические заявления на этот счет.

Хотелось бы узнать Ваше мнение, Иван Александрович, по поводу того, какова была реакция на вражеское вероломное нападение со стороны колхозников, работников МТС и совхозов, одним словом, со стороны тех, кто был непосредственно причастен к обеспечению сражавшейся страны людским пополнением, сырьем и продовольствием? И в развитие этого вопроса – что вы можете сказать о народной инициативе советского крестьянства в годы Великой Отечественной войны, в чем она проявлялась и насколько была масштабной и действенной?

И.А. Бенедиктов: Прежде всего считаю нужным отметить, что в опубликованных мемуарах и статьях некоторых наших полководцев и руководителей страны, военного времени о сельском хозяйстве СССР 1941–1945 гг. говорится очень мало и отрывочно, хотя и в позитивном плане.

Подвиг советской деревни военных лет как-то незаслуженно обойден даже в публикациях маршалов Жукова, Василевского, Конева, Рокоссовского, других военных деятелей. О советском крестьянстве у них сказано всего несколько строк... Может быть, это из-за какого-то незнания особенностей, состояния и функционирования нашего сельскохозяйственного производства в ту тяжелую и героическую пору. Может быть, по какой-либо другой причине, но факт остается фактом...

А между тем, победа без хлеба, без продовольствия, без сырья просто невозможна, немыслима. Я не знаю в истории ни одного примера, чтобы она, т.е. победа, была достигнута без поддержки сражавшейся армии сельским населением, без снабжения ее продовольствием и сырьем.

И в нашей исторической литературе эта тема, по моему мнению, заслуживает более широкого и более обстоятельного освещения.

Я согласен с Юрием Арутюняном, автором книги "Советское крестьянство в годы Великой Отечественной войны", в которой он справедливо заметил, что и со стороны историков имеет место недооценка реального вклада наших тружеников села в Победу. Исследователи призваны восполнить этот серьезный пробел. Надо достойно отразить, возвеличить наш тыл, в том числе роль колхозного крестьянства, работников МТС и совхозов, особенно заслуги наших женщин, стариков и подростков, которые на своих плечах вынесли значительную часть военных тягот.

Необходимо особо подчеркнуть, что колхозы и совхозы оказались не только лучшей формой подъема сельского хозяйства в годы мирного социалистического строительства, но и могучим средством мобилизации сил советского крестьянства на отпор врагу во время войны. Без колхозов, без совхозов, без МТС, смею Вас уверить, страна не получила бы даже необходимого минимума сырья и продовольствия. И у нас неизбежно бы разразился сильнейший голод и в вооруженном столкновении с фашизмом мы потерпели бы неминуемое поражение.

Кроме того, колхозный строй явился могучей школой воспитания советского крестьянства в духе патриотизма, в духе любви к своей Родине. Надо сказать, что наше крестьянство всегда отличалось любовью к родной земле. Но никогда еще дело защиты Отечества не было таким близким и понятным ему как в дни Великой Отечественной войны.

Вероломное нападение армий фашистского блока на Советский Союз произошло в тот момент, когда на полях многих колхозов и совхозов готовились убрать хороший урожай. Действительно, по всем расчетам в 1941 г. он мог стать рекордным.

Но война перечеркнула все наши прогнозы, мечты, мирные планы. Гитлеровская агрессия прервала мирный труд советского народа, лишила его, в том числе колхозное крестьянство, значительной части того, что было добыто упорной, созидательной работой. На временно оккупированной территории СССР немецко-фашистские захватчики отняли у местного населения материальные ценности, хлеб, картофель, скот, одежду... В селах и деревнях гитлеровцы расхищали имущество МТС, колхозов и совхозов, сжигали дома и постройки, чинили дикий произвол над мирными жителями.

Вот цифры, которые могут дать определенное представление о создавшейся тяжелой обстановке. На захваченной врагом территории к ноябрю 1941 г., до войны производилось 38% зерна, 84% сахара, находилось 38% поголовья крупного рогатого скота, 60% свиней. Число колхозов сократилось с 225,5 тыс. в 1940 г. до 149,7 тыс. к концу 1941 г., совхозов – с 4159 до 2691, МТС – с 7069 до 4898. Среднегодовая численность работников в совхозах снизилась с 1373 тыс. до 860 тыс., а в МТС – с 537 тыс. до 439 тыс. Колхозных дворов вместо 18,7 млн. осталось 11,9 млн.

Общая реакция тружеников нашего социалистического сельского хозяйства на вторжение фашистских орд на советскую землю была такой же, как и со стороны городского населения. Это гнев, глубокое возмущение по отношению к гитлеровским захватчикам, совершившим вероломное нападение на СССР. Это и стремление сотен тысяч представителей взрослого населения колхозов, совхозов и МТС, в том числе, особо подчеркиваю, не подлежавших мобилизации, добровольно пополнить ряды РККА. Заметим при этом, что наша Красная Армия состояла преимущественно из крестьян, составлявших тогда большинство населения СССР. В ее ряды труженики села послали из своей среды лучших из лучших, дав им наказ: стойко защищать Родину и биться с врагом, не жалея ни крови, ни жизни своей.

Кроме того, в западных областях страны тысячи колхозников ушли в партизаны, в подполье, записались в отряды народного ополчения и истребительные батальоны.

И, наконец, сотни тысяч сельских тружеников уже в начале войны были привлечены для работы в промышленности, строительстве, на заготовке дров и топлива, несмотря на крайний дефицит рабочей силы в сельскохозяйственном производстве. В те дни нарком лесной промышленности каждую неделю приходил к наркому земледелия, добиваясь мобилизации новых контингентов колхозников на вывозку леса. У нас с ним происходили просто жаркие схватки...

Тяжелые дни, конечно, переживала в тот период колхозная деревня. Колхозники во многом себе отказывали, сами недоедали, но стремились максимально возможное дать для армии, для отпора врагу, во имя победы.

Как во многих городах, так и в сотнях сел и деревень, уже в первые военные месяцы 1941 г., возникло немало ценных народных инициатив, направленных на достойную замену ушедших на фронт, повышение качества и своевременность проведения сельскохозяйственных работ, мобилизацию местных ресурсов и т.д.

Решающей силой в сельском хозяйстве стали женщины. В составе трудоспособного населения колхозов удельный вес женщин с 56% в 1940 г. увеличился до 73% в 1943 г. Число женщин-трактористок за это же время возросло в 2,6 раза, а женщин-комбайнеров – в 3 раза. Заменяя мужчин на полях, животноводческих фермах, работая на различных административных должностях, женщины-колхозницы, труженицы МТС и совхозов стойко переносили военные тяготы и лишения, доблестно выполняли свой долг перед сражавшейся страной.

О величии трудового подвига женщины-колхозницы проникновенно писал поэт Михаил Исаковский:

Ты шла, затаив свое горе,
Суровым путем трудовым.
Весь фронт, что
от моря до моря,
Кормила ты хлебом своим.


Из моих материалов военных лет приведу Вам еще несколько примеров патриотической инициативы сельских тружеников. Широкий отклик в стране нашел родившийся в начале войны почин комсомольцев и молодежи Иловлинской МТС Сталинградской области.

Недавно, просматривая новые научные издания о Великой Отечественной войне, об участии в ней Ленинского комсомола, я убедился, что этот почин не забыт и вошел в героическую историю нашей Родины и историю ВЛКСМ 1941–1945 гг. Кстати, об инициативе иловлинцев говорилось в одной из моих брошюр еще в 1942 г.

(Продолжение следует)
24 июня 2019